Есть два типа кумулятивных изменений, которые происходят в наших хромосомах в процессе старения: мутации и эпимутации. Мутации - это изменения в последовательности ДНК, в то время как эпимутации - это изменения во "внутренней отделке" ДНК, которые контролируют генную активность. К счастью, нет необходимости заниматься двумя этими явлениями по отдельности, потому что мы можем решить обе проблемы одним и тем же способом.

Это еще одна область старения, где эволюция уже проделала за нас всю черновую работу. Мы обладаем колоссальными запасами ДНК, и задача сохранения ее функциональности и целостности чрезвычайно сложна. Но эволюция не имела иного выбора, поэтому ей пришлось разработать для этого специфический механизм. Нам особенно повезло в следующем отношении: одна из проблем контроля ДНК, которую решала эволюция - по крайней мере со времени появления позвоночных - была важней других, а именно - предотвращение смерти от рака. Рак способен убить нас, даже если в одной клетке произойдут соответствующие мутации (или эпимутации), в то время как любые потери функциональности в генах, не имеющих никакого отношения к раку, безвредны, пока они не затрагивают множество клеток данной ткани. Поэтому такие гены контролировать не нужно - они и так сохраняются в намного лучшем состоянии, чем это необходимо для нормальной продолжительности жизни.

[Примечание. Вышесказанное является некоторым упрощением, ибо повреждения и мутации ДНК могут служить причиной двух других проблем, которые пытается устранить SENS: потеря клеток и токсичность клеток, ввиду того что клетки способны либо "кончать жизнь самоубийством", либо прекращать делиться в качестве ответной реакции на повреждение ДНК, предотвращая тем самым развитие рака. Однако в данном контексте эти специальные случаи нас не интересуют, поскольку ими занимаются соответствующие разделы SENS.]

Это означает, что мы способны предотвратить смерть от хромосомных мутаций без того, чтобы исправлять их: все, что нам нужно - это создать действительно эффективное средство против рака. То средство, которое предпочитаю я (тема третьего "круглого стола", организованного мною в Кембридже в рамках SENS в 2002 году), называется WILT - Whole-bode Interdiction of Lengthening of Telomeres, то есть предотвращение удлинения теломер во всем организме. Это весьма амбициозный, но потенциально самый всеобъемлющий подход из всего, что существует или разрабатывается в настоящее время: полное устранение генов для синтеза теломеразы и ALT-генов (альтернативного механизма удлинения теломер) из всех наших митотических клеток. Этот метод обладает преимуществами по сравнению с медикаментозным ингибированием теломеразы, поскольку в данном случае раковые клетки неспособны мутировать, для того чтобы избежать лечения - для этого им пришлось бы создать из ничего целый энзим, теломеразу. Конечно, на первый взгляд идея кажется бредовой, однако она вполне реалистична, потому что уже существует технология репопуляции стволовых клеток крови и (в мышах) кишечника; не должна представлять больших проблем и кожа. Запасы теломер в стволовых клетках новорожденного достаточны примерно на десять лет, судя по возрасту, в котором развивается dyskeratosis congenita, то есть синдром преждевременного старения - заболевание, связанное с недостаточной длиной теломер. Поэтому осуществляемая, теоретически, раз в десятилетие замена всех популяций стволовых клеток новыми, в которых теломеры восстановлены in vivo, но которые не обладают собственной теломеразой или ALT-генами, должны поддерживать соответствующие ткани сколь угодно долго, одновременно предотвращая развитие рака до опасного для жизни уровня. Уже существующие в организме клетки нужно либо удалять без того, чтобы убивать модифицированные клетки, либо видоизменять их теломеразу и ALT-гены in situ. Опять же, оба подхода близки к техническому воплощению в мышах.

Доклады на данную тему на симпозиуме IABG 10:
ди Грей